Vgenshinigrayuimechtayuchtobvipalachicha

Смотри, колдунья! Я маску сниму!
И ты узнаешь, что я безлик!
_____________________________________________________________
Я повторил это уже слишком, слишком много раз. Песок, что сдерживал трещины времени начинает превращаться в пыль, — я сам обращаюсь в прах. Я не понимаю, чего именно мне не хватило. Ответственности? Убеждения? Упорства? Почему Его творения так слаженно работают вместе? Как Ему удалось создать совершенный механизм, не обращающий внимание на то, что его окружает?
Однако волнует меня не это. Мне не дарована бесконечность, как и никому из нас, но меня терзает что-то другое. Что-то из-вне пытается навредить моей цели. Что-то более жестокое, чем Он. Более слабое, очевидно, но намного более... неукротимое. Я чувствую борозды ран, нанесённых его когтями — вселенная плачет при его виде. Мир содрогается. Но я устал... буду ли я готов к его пришествию?
____________________________________________________________________________
Вдалеке, возможно за тысячи вёрст, послышался плач. Кто-то молился.
Жизнь в ответ лишь молчала.
...Пламя очищения пылало ярко, озаряя ложное небо. Точка входа поменяла свои оттенки, из ярко лазурного, мир окрасился в кроваво-красный. Костры заполнили окружение дымом и удушающей вонью тлеющей плоти. Шаткая стабильность распадалась на простые фигуры — окружение стало похоже на авангардный рисунок, и лишь редкие фиолетовые блики указывали на сопротивление этому изменению. Началась охота за еретиками.
Сидя за своим импровизированным столом, существо вяло потянулось. Игральные кости на столе казались ему одновременно такими далёкими и такими знакомыми; от них пахло страстью, отчаянием и безумием... Громко вздохнув, существо нехотя протянуло всё своё естество к костям, впиваясь в них всем, что у него было.
Страсть, танец, влечение. Буря у горизонта. Аромат свечей. Строчки, цитируемые умирающими и умершим, слова любви, броски кубиков, отрицание ясности, последний вздох, исчезновение.
Словно по мановению волшебной палочки, кубики испарились из материальности. В отдалении послышались вой и взрывы.
- Вот оно... те чувства. Наша первая жертва этого безудержного кровопролития. Тебе не хватило ни постоянства, ни восприимчивости. Прости, я не успел внести в тебя это семя возвышения, как ни старался. — Существо, попыталось изобразить гримасу горя, но у него это не получилось — это не заложено в его природе. Карма никогда не знал отчаяния, лишений и страха, ведь эти состояния существовали из-за него, — не наоборот.
Раскинув новообразовавшиеся пальцы веером, он материализовал перед собой кассету с заевшей плёнкой. Она всегда играла одну и ту же мелодию, хоть всегда звучала по разному. Мечтая, он прикоснулся к ней недавно созданной рукой.
Рёв, безумие, зависимость. Кровь, ярость, наслаждение. Песня, закончившаяся на припеве — если мелодии никто не слышит, композиции не существует.
Кассета загорелась в руках Кармы, оставляя ожоги на только что взращённой коже, которые Он, очевидно, не замечал. Эта оболочка всё равно не его; её всё равно не существует.
Гул слов на забытых языках, свист пуль и безудержный гнев отчётливо ощущались где-то рядом.
- Дочь... Прости, что не научил тебя осознавать себя как часть нас. Одиночество не выиграет против массы. Я не смог объяснить тебе, что значит перестать отрицать себя. Чуть позже, я попробую заново, в этот раз лучше, обещаю.
Завершив своё преображение в человечность, Карма щёлкнул пальцами. На столе, перед ним, лежала маска. Обычная карнавальная маска с тысячью лиц, потянув за верёвочки которой открывается ещё тысяча лиц, потянув за верёвочки которых открывается ещё тысячи лиц, потянув за верёвочки которых открываются ещё тысячи лиц... Существо, отдалённо напоминающее человека, слегка помедлив, всё-таки надело её.
Скрежет механизмов. Секреты. Разъедающая соль. Шёпот в лесу. Мотыльки, бьющиеся о стекло.
- Приветствую тебя, сын. Как обстоят дела там, на границе, где свет сияет обжигающе ярко, где ночь закрывает своим покровом всю реальность, оставляя только темнейший мрак? Я чувствую их исчезновение, болезненное, неправильное, ошибочное.
- Мы умираем, правитель. Их больше нет. И нас скоро не станет. Я чувствую... как исчезаю... Простите. Надеюсь, вы дадите лучший бой чем мы. И уж точно, чем Они...
Маска разламывается, разлетаясь на тысячи слоёв. Они мокнут, сминаются, разрываются, превращаясь в большой клок папье-маше.
Вблизи послышался крик. Кто-то умер. И снова. И снова. И снова...
- Я знал, что ты ещё не готов. Ты лишь частичка, но я возлагал на тебя большие надежды. Прости, что не успел закончить тебя, сущность.
Полностью воплощенный, Карма посмотрел на стоящий пустой стол. Его материал вызывал болезненную ностальгию. Он задумался о спокойствии, безмятежности и пустоте. Он знал, что представляет собой вечность и хотел достучаться до неё.
Но больше ничего не материализовалось. Стол Кармы был пуст. Он взглянул на край своего кабинета, пустой, как и остальные его части.
Ехидная ухмылка. Неумолимый взгляд. Вестник перемен. Стальная поступь. Всезнание
- Я знал, что ты не одна из нас. Я знал, что ты от Него, но не понимал цели твоего визита. Почему ты помогала мне, когда могла, и мешала, когда считала что я не вижу?
Молчание, подобное зиме. Холод. Неподвижность.
- Ты хочешь сказать, что это не Его рук дело? Тогда чьё?
Яркие блики. Страх. Красное. Закат.
- Ты поможешь им?
Семья, что согревает. Ожидание. Вопрос.
- Я отказываюсь.
Путь, с которого нельзя сойти. Желание. Воздаяние.
- Мы это ещё увидим.
Эфемерность. Бытие. Война. Конец.
Янтарный свет озаряет комнату. На пол падает объёмная скрипка, разлетаясь на тысячи осколков. Они блекло светятся, отражая свет, играя солнечными зайчиками, маня за собой. Всё исчезает.
Проходит секунда. Две. Пять. Десять... Дверь в комнату распахивается настежь, петли скрипят под тяжестью такого натиска. В бесконечное пространство помещения врывается десятки, сотни, тысячи вооруженных солдат. Их винтовки, книги, руки и слова направлены к единственному, стоящему в центре комнаты ...существу? возможно, собравшему свои силы, полные решительности.
Из орды, вошедшей в комнату, выходит единственный человек, на его лице написано ярко выраженное удовольствие. Он потирает руки и хищно бегает взглядом, видимо, прицениваясь, с чего будет удобнее начать. Но он не успел открыть рта, его опередили —
- Я слышал тебя ещё до того, как мир ощутил твое присутствие. Ветер принёс течение злобы.
Однако, это не пошатнуло уверенности второй центральной фигуры. Наоборот, руки, до этого напряжённые, мягко сцепились в замок — он расслабился.
- Приветствую тебя. Ты, возможно, осведомлён о чем-то, но скорее всего не знаешь кто мы, однако это и не важно. Мы знаем твоё имя, и чтобы пропустить формальности — можешь называть меня Птолемей. Мы знаем о твоей цели — убрать всех божественных сущностей из Закулисья... но увы и ах, мотивы у нас слегка расходятся. Видишь ли, выходит так, что ты — тоже божественная сущность. Мы убили остальных, и могли бы продолжить, да... но есть один компромисс, сделка, которую мы хотели бы заключить. Мы знаем о разрушительности твоей силы. Вступи в наши ряды, стань одним из божеств-надзирателей, помогай нам зачищать другие миры, и, тогда, мы даруем тебе прощение.
Мужчина закончил своё выступление, однако на лице у Кармы не дрогнул ни один мускул. Он не ощущал никакой силы в словах своего оппонента.
- Ты считаешь меня покорной овцой, идущей на бойню? Предлагаешь рабство... Концепту? Это смешно, дружок. Если вы попытаетесь дать бой, вы исчезнете ещё до того, как я успею закончить фразу на языке, что древнее вас всех вместе взятых.
- О, это вызов? Твои приспешники были лёгкой мишенью. Ты не знаешь о нас, не знаешь наших методах, знаниях... возможностях. Ты, как ты уже изволил выразиться, концепт — а сколько таких концептов есть у нас, ты не подумал? Пока у тебя есть шанс, согласись, это твой последний вагон уходящего поезда, неуёмное божество.
Мужчина протянул открытую руку, в знак примирения. Карма же, вновь, ощущал лишь вечное ничего.

- ̸̷̶̸̨̛̛̰̫̘̭̠̱̇̔̍̅̕с̵̷̢̢̢̨̛̤̗̭̖̣̼̩̍̒̃̇̇̒а̵̸̸̸̳̣̖̖̰̺̗̝̌̎̆̄̔̿̇̊а̶̶̧̛̥̟̪̤̹̻̱̐̏̄̎̽̋̐̆̚т̷̖̪̦̗̪̻̥̣̲̦̎̈̇̋̂̓̔̒̄а̨̳̫̜̯̯̱̝̭̯̣̾̅̿̍̆̂̒̋̏х̷̶̸̨̗̻̦̘̣̦̰̻̲̦̍̃̇̒̒̀ш̶̷̢̛̜̖̹̮̹̱̞̬̼̌̎̇̓̒̽̑а̧̛̙̟̣̹̩̼̭̲̘̠̱̫̒̎̇̋̋̕к̷̬

Достаточно было Карме начать предложение на своём языке, все тысячи бойцов, что были в комнате упали замертво. Их существование прервалось также внезапно, как одна секунда сменяет другую. Они не чувствовали ни боли, ни страданий — лишь вечный страх и бездну перед своей смертью. Пали все. Кроме одного.
- Ты же осознаешь, что клоны эти я для количества взял, непокорный наш? Ладно, хочешь по плохому, будет по плохому. Видит Коалиция, я этого не хотел.
Щёлкнув пальцами, словно сущий пустяк, Птолемей призвал двух сущностей, состоящих из чистой энергии. Примитивная угроза, основанная на ожидании.
- Если ты считаешься с моей силой, как ты говоришь, то почему ты начинаешь с таких ребячеств? Где та сила, которой противостояли другие боги?
Щёлчок в ответ. Сущности расширились до бесконечности и сжались в точку. Не прошло мгновенья — и их жизненный цикл закончился ещё до того, как успел начаться.
- О, всё до боли просто — я ненавижу лжецов. Особенно божественных. Теперь тебе придётся сначала слегка потерпеть, а потом слегка пострадать. Перед собственной кончиной, очевидно.
- Я даю тебе фору. Когда придёт время, ты исчезнешь, словно и не существовал.
- Ха. Ха-ха-ха-ха, обожаю эти моменты. Какие же все вы беспечные, я не могу. Саззаарон калта р'орраск
Тысячи существ вываливались из портала, распахнутого Птолемеем прямо внутри пространства комнаты. Низшие божества, падшие порождения и даже простые монстры, напоминая ком мясной, яростной массы, начали своё неотвратимое движение к цели. Каждый из них урвать кусочек своего освобождения. Своей победы.
Карма закрыл глаза — иногда, для завершения разговора достаточно простого вздоха. Ком распался на уникальных существ, что распались на свои составные части, что распались на свои внутренние органы, что распались на свои хрящи, сухожилия и эссенцию, что текла внутри каждого из них. Они были завершены.
- Если ты не хочешь оказаться свёрнутым в бесконечную петлю, советую не высвобождать слишком много энергии сразу. Не забывай, что мы находимся внутри живого организма.
Карма знал, что пространство, в котором они находятся вместе, умрёт, если они продолжат. Ещё несколько неловких движений, и цепная реакция коллапса будет слишком сильная для существования чего бы то ни было, он не мог этого допустить. Иначе бы все его труды пошли бы насмарку. Но и перемещать поле боя он не хотел — на земле хаоса у него было преимущество. Кроме того,..
- О... Боишься чёрных дыр? Ха-ха, не волнуйся. Я остановил время. Иначе я бы не смог наслаждаться твоими страданиями бесконечно, а это, знаешь ли, на втором месте моих самых приятных времяпрепровождений... Наблюдать, как боги умирают в руках простого человека, который смог их побороть. Вот этот плавный переход от высокомерия к отчаянию — просто бальзам для души.
- Будь уверен, у тебя её скоро не останется. И мне не страшны ни пространство, ни материя. Для меня нет несуществования.
- Всё ещё не понял? Тогда, продолжим!
Лёгкий жест и вот... Три статуи Вечности, съедающие реальность. Отрицание отрицаний отрицаний. Концепт отсутствия, концепт непознаваемости, концепт завершения.
Такой же лёгкий ответ. Осознание, очищение, искупление — выстроенные в нужном порядке.
- Ни один из твоих рабов не сможет сломить мне волю, и ты должен это знать. В любом случае, наша небольшая игра подходит к концу. У меня ещё есть дела.
Щелчок пальцев, означающий завершение пьесы. Финал. Последняя строчка. Апофеоз трагедии. Вердикт без суда.
Но... ничего не происходит. Лишь искры реальности витают в воздухе, словно светлячки у влажной травы.
- О, как мило. Мне даже слегка неловко, ты, видимо, ожидал какого-то чуда, но так просто это не сработает. Начнём же полноценную дуэль!
С этими словами, Птолемей вынул из-за пояса нож и... пронзил себя им же? Кровоточащая рука переливалась бензиновыми цветами, как загрязненная масляная палитра; точными движениями пальцев богоборец составлял из них замысловатые остроконечные фигуры, направляя их в сторону Кармы.
- Я знал, что ты поглощал ихор. Как много? Бессмертие — обоюдоострый меч. Конечному существу не следовало ступать на тропу безмерности. Твоя властность переросла в зависимость, поглотив твой разум.
- Я пожирал божеств. Тысячами. Ты лишь ещё один в моём бесконечном списке.
- Только вот, я боюсь... что умею точно также.
Взмах руки, и тысячи остроконечных игл были направлены в сторону Птолемея. Секунда, и все иглы перестали существовать — стагнация позиции.
- Ха-ха-ха-ха-ха-ха, что и ожидалось от одного из концептов Суда. Ладно, ладно, не бойся, у меня ещё тысячи тузов в рукаве. Мне всё-таки интересно, с какого из них ты сломаешься?
Треугольник из двух рук, замысловатое словосочетание на мёртвом языке, осознание — окружение пропало, и перед двумя противниками стала простираться лишь вечная пустота.
- Добро пожаловать в мою песочницу! Посмотрим, из чего ты собран, божество.
- Я не согласен здесь находиться, посему, пожалуй, откажусь.
Яркая вспышка, всего мгновенье, и вот они оба стоят там, где были несколько мгновений назад — холодный, мокрый кафель пустого кабинета.
- Ого, ты первый, кто смог так сделать... от этого ещё интереснее тебя изучить, ха!
Звук, издаваемый умирающим словом, тщетная нуминозность и явное её отрицание. И вот, они снова находятся в пустоте.
- Я чувствую твою ярость, богоборец. Она противна любому месту, даже этому. Но это лучше, чем продолжать делать это в чреве.
- О, это мы ещё посмотрим!
В пустоте нет движений, перемещение в ней подобно движению рыб в воде, однако, это не мешало Птолемею одним рывком оказаться впритык к Карме. Идеальный, окроплённый кровью первородный клинок ножа находился в опасной близости. Точный удар, целящийся в живое. Лязг металла.
- Ты пытаешься... уничтожить меня физически?
Карма удерживал сталь ножа сотворённым мачете. Крайне неразумно идти в лобовую атаку против того, кто может сотворить что угодно из себя же. Так же глупо, как блокировать ярость своим телом.
Секунда тишины, прерванная упавшей каплей крови.
- Ты действительно думал, что это простой нож? Я начинаю сомневаться в твоей разумности.
Напор, рубящее движение — мачете раскалывается на две части.
Скользящий замах, отскок, движение рукой. Материя вернулась в своё постоянное состояние.
- О, я понял. Умно, но не оригинально. У меня есть решение и на такой случай.
Карма потянул свою руку, в которую только что вернулась эссенция. Взмахнув ей, он воссоздал ещё два. Чёрное и белое. Такие же первородные, такие же чистые.
- Хм? Стоп, что... что ты только что создал?
Решительное наступление, атака, свет смирения и тьма гнева, соединенные в одной точке. Звук пронзённой плоти.
- Кха... Довольно... довольно умно.
- Ты жалок.
- Ха...-Ха-ха-ха-ха-ха-ха, как обидно, что я не знал про это. Мы бы... мграли дольше... но... На этом твоя жизнь кончается, божество.
Карма вздрогнул, впервые, он ощутил то, чего у него никогда не было — эмоции. Что-то инородное росло в его организме, пожирая его изнутри. Что-то, что проникло к нему внезапно и неожиданно.
- Что? Что ты сделал?
- Смотри... наблюдай за тем, как умирающий человек... поглощает всю твою сущность... и забирает всю твою силу... Давид и Голиаф... я — твой божий царь.
Взмахнув рукой, Птолемей выстроил перед Кармой красные нити. Они опоясывали лишь их двоих. Как нейронные связи, импульсы бежали по ним, объединяя их в одно целое. Спектакль подходил к своему логическому завершению.
Карма осознал это слишком поздно. Его кровь смешалась с кровью богоборца. Запятнанный клинок, пронзивший его целостность оставил на ней отпечаток. Теперь, единая масса проросла внутри, угрожая отдать Птолемею всё, что было Кармой, и Карме всё, чем был Птолемей.
Он боялся, но не своего завершения, ведь он — вечен. Он боялся того, кто знает. Единственного, кто всегда существует. Посему, он не прервал связь, хоть мог. Не убил Птолемея быстрее, чем тот заберёт полный контроль, ведь это всё равно привело бы к тупику. Он изрёк всего одну фразу:
- Никкиёт астак.
Возвращение

(!!!На 2-ом цикле)

Сидя за своим импровизированным столом, существо вяло потянулось. Что-то не так. Но на это не стоит обращать внимания. Ведь так?
=---=
всё из первого цикла, кроме:
- Я слышал тебя ещё до того, как мир ощутил твое присутствие... Хм... странно. Мне кажется, или уже говорил это?
- Приветствую тебя. Мне странно видеть твоё замешательство, но мы точно до этого не встречались. Но очень любезно с твоей стороны быть осведомлённым о нашем присутствии. Мы знаем твоё имя, и чтобы пропустить формальности — можешь называть меня Птолемей. Мы знаем о твоей цели — убрать всех божественных сущностей из Закулисья... но увы и ах, мотивы у нас слегка расходятся. Видишь ли, выходит так, что ты — тоже божественная сущность. Мы убили остальных, и могли бы продолжить, да... но есть один компромисс, сделка, которую мы хотели бы заключить. Мы знаем о разрушительности твоей силы. Вступи в наши ряды, стань одним из божеств-надзирателей, помогай нам зачищать другие миры, и, тогда, мы даруем тебе прощение.
=---=
В пустоте нет движений, перемещение в ней подобно движению рыб в воде, однако, это не мешало Птолемею одним рывком оказаться впритык к Карме. Идеальный, окроплённый кровью первородный клинок ножа находился в опасной близости. Тут... что-то точно не так. Шаг назад, согнутые пальцы, формирование. Два идеальных мачете — белое и чёрное. Несущие отчаянную скорбь и разрушительный экстаз.
- Ого! Вот это да, у тебя не только хорошие рефлексы, но и понимание моего рывка! Ладно, против первоматерии у тебя тоже есть свой ответ. Интересно... а я возлагал большие надежды на своё хиле.
- Тут что-то не так... Ты этого не ощущаешь?
- То, что ты можешь создавать протоэссенцию из себя? Да, довольно таки. Но не бойся, у меня ещё много других, не менее интересных вариантов.
Взмах рукой, несколько слов. Материя исчезла.
- Ну что концепт, готов к своему исчезновению?
- Ты знаешь же, какой именно я концепт. Почему не закончишь сразу? Хорошо, пускай будет по-твоему.
Слово, указывающее направление. Знак окончания смысла. Речь исчезла.
Удивление, возбуждение, экстаз. Движение руками. Всплеск эндорфинов, хватка бездны. Границы мира исчезли, будто их никогда не было. Хаос и Бытие просочились сквозь новообразовавшиеся трещины.
Мысль отрицания, убаюкивающая сказка. Решение без итога. Исчезло знание.
Чистый инстинкт. Решение жизни, отрицание тела. Исчезла материя — весь мир стал эфемерным.
Возвращение к истоку, свет звёзд, отражённый в глади морской воды. Исчезло "я".
Глубины познания, острова, объединенные рекой. Странное злорадство. Исчезло то, что сдерживало подсознательное.
Влияние неизвестного порядка. Сонм представленный воображением. Перламутровый. Исчезли все плоскости, кроме одной.
Вдох. Выдох. Мир перестал выдерживать давление. Ясность исчезла.
Финальный жест, означающий суд. Вердикт вынесен.
- ...
Карма уже ощущал это чувство. Эмоции.
- Кхе... кхе... а ты, ты... действительно, крайне хорош. Не думай... что ты победил, ведь я...
- ...
- Я связал нас... на подсознательном уровне... а ты даже не заметил... Я заберу твоё я вместе с собой. Мы оба... кончимся... умрём здесь. Ты ведь это ощущал, божество? Нашу с тобой кончину?
Карма взмахнул рукой. Нити стали явью. Он знал, что это значит.
- Ого... ну да, как я мог забыть... ты же владеешь протоматерией. Но не бойся... придут другие, и дадут тебе бой, лучше чем я... В любом случае, я уже успел тебя ослабить. Часть тебя всегда останется... вместе со мной. хе-хе...кхе.
- Нам нужно закончить это другим способом. Я не готов к встрече... особенно вот так.
Карма посмотрел куда-то вдаль. Хоть мир вернулся к своему начальному состоянию, некоторые бреши всё ещё истекали первичным Хаосом и Естеством, из которых состоит всё сущее.
- Я верю, что мы сможем сделать это снова.
Карма взглянул на Птолемея в последний раз — видимо, старался запомнить его лицо. Лицо поверженного, умирающего человека, что считал себя выше богов.
- Никкиёт астак.
Цикл
(!!!На 3-ем цикле)

=---=
Сидя за своим импровизированным столом, существо вяло потянулось. Что-то не так. Но на это не стоит обращать внимания. Ведь так? Нет, тут что-то явно не то. Почему я снова сижу за столом? Секунду назад я был... Я был за столом. Ведь так? Нет. Я же не мог использовать артефакт Времени, чтобы вернуться именно сюда? В этом нет никакого смысла, я бы вернулся, как всегда, в самое начало. Но они блокируют флуктуации существования. Я не могу перемещаться в колеблющем пространстве. Что... Что происходит? Я не хочу думать об этом. Пока что. Пора взять кости...
Громко вздохнув, существо нехотя протянуло всё своё естество к костям, впиваясь в них всем, что у него было...
=---=
Ехидная ухмылка. Издёвка, передаваемая лишь взглядом. Надменное высокомерие. Всезнание
- Что это значит.
Ошибка. Глупость. Цикл.
- Что. Это. Значит?
Семья. Грусть осознания. Течение перемен. Неотвратимость. Сто одно повторение.
- Я не подвержен неотвратимости Судьбы, ты просто нагло манипулируешь мной.
Ответа не последовало. Лишь бесконечная тоска во взгляде, наполненная любовью матери к заблудшему дитя. Вера в возможность его исправления, но осознание его утраты.
- ...
Тень. Тьма. Предложение без ответа. Голос тысячи.
- Я не пойду с тобой. Уходи.
Жалость. Понимание. Благославение?
Янтарный свет озаряет комнату. На пол падает... ничего. Комнату окутывает иней. Уникальный знак, означающий прощание. В воздухе витает едва уловимый запах золы ладана.
=---=
- Я слышал тебя...
На лице человека на секунду всплыла нерешительность. Он не ожидал такого начала.
- И?
- Мы уже начинали так. Однажды. Или несколько раз. Или целую бесконечность. Я знаю тебя, но не помню ни единого твоего слова, ни имени, ни желания. Полагаю, мы обречены продолжить... тогда, не буду медлить.

̸̷̶̸̨̛̛̰̫̘̭̠̱̇̔̍̅̕с̵̷̢̢̢̨̛̤̗̭̖̣̼̩̍̒̃̇̇̒а̵̸̸̸̳̣̖̖̰̺̗̝̌̎̆̄̔̿̇̊а̶̶̧̛̥̟̪̤̹̻̱̐̏̄̎̽̋̐̆̚т̷̖̪̦̗̪̻̥̣̲̦̎̈̇̋̂̓̔̒̄а̨̳̫̜̯̯̱̝̭̯̣̾̅̿̍̆̂̒̋̏х̷̶̸̨̗̻̦̘̣̦̰̻̲̦̍̃̇̒̒̀ш̶̷̢̛̜̖̹̮̹̱̞̬̼̌̎̇̓̒̽̑а̧̛̙̟̣̹̩̼̭̲̘̠̱̫̒̎̇̋̋̕к̷̬

- Это бессмысленно.
- Это ещё почему? Хочется в красках знать, как я тебя уничтожаю?
- Я пытаюсь объяснить тебе твою же позицию. Ты только пытаешься мне отказать в этом объяснении.
- Ты, видимо, всё ещё не понял. Я с самого начала пришёл уничтожить тебя. У нас не было плана мира, желания "подружиться" с тобой или "заключить союз", дружочек. Ты думаешь почему в твоих "предсказаниях" будущего ты никогда не соглашался на сделку с нами? Потому что это ловушка. Очевидная, да, но всё-таки попытка не пытка. Пытка это то, чем закончится твоя жизнь.
- Теперь... я понимаю. И, несколько мгновений назад, я уже сказал тебе, что я не заглядывал в будущее. Хорошо, давай закончим то, чем это всегда заканчивается.
Резкий рывок. Выпад вперёд. Отрицание границы.
- Ого, а я думал ты не попрёшь на первородный клинок. Твои пневма, психе и анима настолько ничтожны, что ты отказываешься от концептного противостояния?
Парирование, удар, уклонение. Внезапный взмах руки. Символ, брошенный вскользь. Снова удар — левая рука блокируется ножом, правая наносит рубящий удар. Тело раскалывается. Рассыпается на миллиард частей. Ярость вскипает. Тело собирается заново.
-...
- Не ожидал, да, ничтожество?
- Я не видел этого, но знал, что это произойдёт.
- Да? Концепт материи я уже убрал. Что хочешь следующим?
- ...Это не концепт материи. Ты просто убрал свою человечность.
Рисунок квадрата. Две черные линии. Существование сжалось в пружину. Взмах естественностью, движение нарратива — и уже смысл перестал существовать. Яркий запах спелых яблок. Сад на том берегу реки, где нет понятия ночи и дня. Угасшее воспоминание. Похлопывание по плечу, слова ободрения, работа. Убийство чувства долга.
В один прекрасный день, небольшое существо, что считало себя мудрее большинства существ мира, спросило у своего отца лишь один вопрос: "Почему?" — ответ, которое оно хотело знать всё своё существование, но боялось его получить. "Потому что это наш долг. Смысл нашего существования. Мы были созданы, как Его часть, и без нас, всё станет неполноценным". Существо не было довольно ответом отца. Его работу никогда не поощряли со стороны — взывали к нему в час нужды, но хулили его и отрицали, когда суд касался их. Он хотел показать всем, как он важен. Как он правилен, как он справедлив.
Реальность перестала существовать. Тишина.
- Я видел мир твоими глазами.
- Мы. Нашими глазами.
- Но почему ты бежишь? Оставшись, ты бы не обрёк себя, меня и весь окружающий мир. Тебе дарована вечность, почему ты не стал ждать?
- Я могу спросить тебя о том же. Твой путь — осколки тысяч других путей; звезда, упавшая в океан.
- Я был создан таким. А ты?
- ...
- Мы оба знаем, что ты должен был поступить так. Поступить правильно, как заложено твоей природой. Но ты сломан. Сломан также как я. Мы так похожи.
- Ошибаешься. Я — скован из цепей реальности. Ты же — по настоящему существуешь.
- Ха-ха, ха... Кстати, раз ты и есть реальность, почему ты не уничтожил её? Не смял её? Твоя нерешительность заставила меня думать, что ты просто...
- Это невозможно.
- Почему же? Я вижу, что ты можешь.
- Абсолютная энтропия. Я, как и ты, могу уничтожить нас, окружение, реальность, но... само существование? Коллапс уничтожит всё, всё над чем я так усердно работал.
- Ты просто боишься Его.
- О, да, спасибо что напомнил о том, о чём я тебя предупреждал, существо.
- Да-да, конечно-конечно, не благодари. И... Как долго мы будем одним я?
- Как только мир сделает свой первый вдох.
- Я вспомнил это ощущение. Ты испытывал его, когда... ммм... рождался?
- Я перекован из тысячи тысяч. Все мы ощущали это. Все мы. Даже ты.
Последний вздох сжимающегося мира. Чистота, выдох. Возвращение.
- ...
- Кх... Поздравляю... ты победил... но... в то же время... проиграл. Выходит, статус-кво? Мёртвая ничья...
- Избавь меня от объяснений, я помню всё.
Карма взмахнул рукой. Нити, связывающие их, стали явью. Он знал, что они смешаются там, в конце мира, в их итоге.
- Кх... кх... Ты... всё-таки... был прав... порождение древних божеств... ты победил... Убей меня, если такова твоя воля... Я не успею забрать тебя, в любом случае.
- Нет, глупец. Я не порождение древних божеств. Я намного старше того, что ты знаешь. И я не могу убить тебя, ведь в тебе... Хотя, какая уже разница. Я проиграл. Никкиёт астак.
Осознание

(!!!4-ый цикл)
Я знаю, об их прибытии. Это повторяется из раза в раз. Я попробовал всё что мог, но не одержал победы. Ему суждено коснуться моего ядра. Узнать и унести с собой часть божественного. Видимо, иногда злой рок избежать попросту невозможно. Я убираю всё со стола. Я знаю, что нам суждена встреча. Это будет последний танец. Я чувствую, как она смотрит, но не отрицание охватывает моё естество, а смирение — чистейший низший порядок бывает яснее и праведнее падшего высшего порядка, ведь так?
Он вошёл в мою комнату. Я устал. Он устал. Он не помнит, но он устал. Я помню. Это пространство помнит. Ехидная ухмылка. Холод. Возвращение. Воздаяние. Семья.
- Птолемей.
- Что и стоило ожидать от всезнающего божества. Или мы раньше встречались?
- Это не важно. Это бесконечный пат. Сила, которую тебе не поглотить уничтожит тебя, и я не позволю этому произойти. Ты попал в цикл собственного хаоса, порождённого бредом.
- Это угроза? Шутка? Пытаешься меня запугать? Думаешь, я не знаю, как выглядят Древнейшие Боги? Ты не один из них. Ты самозванец. Возможно, чей-то "сын", но не более. Готовься к дуэли или подчинись.
- Ты сам загнал себя в петлю времени. Самого безумного из божеств. Мы закончим это либо сейчас, либо уже никогда.
- Тогда, я выбираю "никогда" — атакуем его, за Чистоту!
Десятки, сотни, тысячи бойцов стали подбираться ближе к Карме. Но он не стал сопротивляться. Стоя неподвижно, он размышлял о том, что сделал. О всех своих грехах и ошибках. О том, что его отец всё это время был прав. С его уст слетело, словно невзначай, единственное, неназванное естество.
- Прости меня, Карма.
Счастье.
И мир замер.
Или же, скорее, одна секунда растянулась на тысячи лет. Бойцы и Птолемей, ещё момент назад стремительно приближавшиеся к Карме, точнее к лжеКарме, застыли как вкопанные. Они ощутили на себе вес трансцендентности того, кто приближался к ним сквозь тысячи миллионов слоёв реальности. Всё ближе и ближе. Всего мгновение, это ощущение переросло в благоговейную панику. Они знали, что то, что приближается несёт суд над всем, что существует. Что оно знает и ищет. И что оно нашло.
Небольшая трещина мира, что таилась на потолке комнаты в мгновение ока распахнулась, разорвалась. С потолка, на мир под ним смотрели миллионы лиц, десятки рук держались за стены и потолок. Существо стало принимать форму. Все присутствующие пали на колени перед могуществом, бесконечной силой, всезнанием, постоянством.
- Д̬̓е̫̄т̫̒с̣̅к̤̺и̫̥е̪̍ ̵̛й̣г̨̤р̫̯ы̖̭
Изобразив лицами разрозненную кипу эмоций, руками различные структуры и формы, окружение исчезло. Окружающие тоже. Остались лишь Птолемей, Лжекарма и Он.
- С̘̔у̡̥щ̖̆е̸̑с̣̄т̏̆в̖̆о̶̛ ̻̃п̶̚е̍̑р̶̀в̤̍о̸̥г̟̔о̗̗ ̠̩п̄̇о̖̾р̙̒я̧̈д̷̲к̴̟а̬̼,̢̨ ̸̚б̶̮р̈̌а̼̽в̼̌ш̖̫е̛̜ӗ̋ ̶̞с̙̓ӯ̟щ̻̽е̵̬с̯̏т̱̙в̧̭ ̳̽н̡̗о̪̭л̗̬ь̰̇-̭̓п̵̯е̫̇р̰̩в̵̒о̍̒г̢̿о̟̆ ̳̹п̼̹о̺̋р̅̏я̡́д̪̋к̹̞а̬̓ ̧̲в̓̚ ̵̛р̟̜а̼̟б̦̿с̵̡т̣̃в̨̍о̸̪.̲̪ ̥̅Ч̸̒а̪̥с̟̦т̳̈а̫̅я̎̕ ̳̇к̑̽а̺̊р̬̩т̛̰й̠н̵̩а̸̑,̵̆ ̙̰н̼̀о̢̘ ̺̒т̜̌е̦̋м̩̑ ̶̥н̹̊е̾̚ ̴̜м̵̩е̯̟н̮̿е̙̥е̤̚ ̯̫в̜̓с̹̗ё̰̙ ̢̖е̧̙щ̳̆ё̲̻ ̤̏п̶̇о̻̎р̵̆и̣́ц̹̊ӓ̝е̏̕м̙̣а̴̯я̺̅.̑̕ ̮̅Т̧̠ы̩̳с̡̆я̣̇ч̧̱и̙̑ ̻̙т̅̓ы̱̑с̹̫я̸̗ч̴̍ ̦̂с̖̫т̗̇р̖̚ӓ̼д̔̑а̓̊ю̣̫щ̢̘и̸̛х̯̋.̸̟ ̒̽В̯̔е̙̐р̲̄д̸̞и̴̵к̜̀т̷̳ ̍̒-̱̒ ̴̕И̴̿з̪̇г̢̒н̲̞а̗̍н̗̻и̫̎е̨̍.̙̆
Птолемей не мог изронить из себя хоть слово, помотать головой или даже вздохнуть — он не мог отказаться или оспорить своё наказание.
Карма взмахнул тысячей рук, и тело Птолемея обмякло. На его фоне появилась чёрная как смоль субстанция. Другая тысяча рук разорвала возле тела пространства. Ещё одна — схвалила субстанцию и выбросила её томиться в Ничто.
В бесконечности осталось два бессмертных, великих, непознаваемых существа. Ученик и учитель. Лидер и изгнанник. Вечность и мгновение. Зная, что суд не остановить, первым подал голос тот, кто младше.
- Что ты сделал с этим местом?
Лжекарма не мог ничего противопоставить. Он знал, что Карма прав. Он хотел спросить свои последние вопросы перед собственным вердиктом.
- З̩̙а̖̇к̷̡у̪̹л̧̊и̩̑с̴̛ь̧̆е̰̳ ̗̿-̪̈-̨̫ ̡̐п̼̒р̏̈о̲̑с̛̣т̵̿о̷̍й̰̐ ̵́н̙̺а̘̪б̼̞о̦̋р̍̇ ̸̢о̏̃ш̼̚и̯̍б̵̺о̸̠к̰̿.̨̣ ̴̩Т̭̊ы̻̱ ̣̔з̪̬н̴̌а̡̦е̣̅ш̹̗ь̡̗ ̸̲с̢̀т̫̹о̶̰л̘̕ь̭̿к̝̆о̦̐,̯̭ ̵̾с̧̮к̶̲о̎̕л̡̾ь̗̍к̷̻о̹̚ ̙̕з̧̠н̩̾а̽̃ю̣̋ ̗̅и̭̣ ̜̮я̵̦.̫̑ ̊̋Т̠̻а̦̊к̲̍и̒̏х̯̕ ̸̰м̮̳е̰̒с̭̻т̺̣ ̹̍в̛̇ ̿̃р̊̎а̝̽з̼̫н̛̋ӹ̈х̰̜ ̵̪р̪̌е̰̓а̪̊л̄̑ь̮̍н̭̑о̣̼с̵̍т̙̹я̑̏х̄̔ ̍̇м̄̕и̧̇л̴̄л̛̊и̠̭а̺̔р̫̏д̶̻ы̏̇.̳̮ ̱̒В̛̙ ̗̅н̫̟и̋̿х̳̋ ̗̬н̺̆е̸̓т̖̓ ̴̊б̷̈о̓̍ж̨̫е̠̗с̷̇т̺̾в̧̀.̏̋ ̠̬З̘̑а̪̏ ̊̃н̵̲ӣ̪м̧̬и̹̠ ̨̩н̸̰и̸̳к̨̎т̤̳о̍̿ ̔̚н̅̚е̻̳ ̵̹п̥̍р̍̕и̣̏с̦̮м̡̍а̸̛т̈̂р̭̘и̥̙в̒̋а̏̋е̦̼т̫̋.̮̈ ̅̎Я̻̇ ̩̠р̡̞а̲̗з̴̣о̵̨р̡̬в̇̌а̫̰л̸̼,̱̍ ̣̋у̱́н̶̋и̢̮ч̦̋т̧̹о̶̙ж̩̖и̵̑л̴̷ ̨̯е̟̓г̷̠о̬̍.̻̆ ̷̳В̠̆е̲̖р̷̰н̝̊у̰̠л̍̍ ̖̣в̨̞с̘̇е̮̒х̙̕,̬̞ ̪̋к̘̎т̢̒о̷̤ ̶̗с̢̽у̘̯щ̜̚е̞̔с̶̍т̧̹в̤̿о̗̼в̗̙а̠̐л̣̤ ̖̍в̺̕ ̰̾н̴̼и̧̝х̺̜ ̻̎в̹̔ ̸̧с̟̳в̎̔о̝̇и̷̍ ̥̊п̣̒р̧̟е̍̇д̛̫ы̘̾д̘̏у̳̺щ̺̓и̪̰е̴̑ ̺̅с̨̊о̷̣с̟̓т̛̎о́̚я̛̯н̴̔и̔̔е̵̏,̔̽ ̣̫д̹̐о̧̨ ̖̪т̗̄о̣̥г̢̚о̱̑,̠̀ ̙̘к̲̍а̒̊к̏̇ ̅́о̢̠н̳̟и̵̢ ̛̘о̆̈к̰̄а̧̤з̻̚а̥̽л̹̮и̜̺с̰̊ь̔̊ ̺̄з̤̆д̣̊е̗̄с̹̹ь̺̹.̖̱ ̳̫К̒̇р̙̎о̙̦м̳̯е̫̍ ̨̀т̪̕е̸̂б̖̋я̗̈ ̝̐и̴̇ ̡̍А̭̾р̝̣х̶̜а̾̏р̠̎и̺̮у̡̿с̮̏а̄̃.̔̊
Лжекарма изобразил на своем лице всю ту же гримасу неподчинения.
- Ты всё ещё не понимаешь. Это место — живое. Оно рождало своих существ. В них были души.
- С̐̏ӵ̢й̖т̥̏а̊̏е̢̇т̧̔с̊̿я̧̏ ̋̓л̶̱и̝̯ ̹̿р̶̝а̢̄к̨̨о̡̬в̷̙а̣̐я̘̾ ̛̈о̰̊п̷̖у̮̑х̪̹о̠̍л̨̏ь̬̲ ̟̕ж̴̒и̲̏в̍̂о̵̼й̬̃?̤̾ ̴̪Е̨̎с̐̋л̒̃и̦̘ ̒̕д̛̌а̬̝,̽̅ ̟̊п̧̝о̯́ч̵̄е̶̡м̧̥ӯ̦ ̙̅л̓̊ю̨̢д̄̿и̙̗ ̰̄б̫̔о̘̏р̛̕ю̛̽т̾̒с̤̳я̒̽ ̥̱с̡̪ ̛̰н̸̛е̛̎й̯̼?̄̓ ̍̍
- Потому что она убивает их. Это не равноценный обмен, но в человеческом сознании он вполне осознан.
- О̮̤ш̍̑и̤̲б̤̞а̲̿е̽̿ш̠̑ь̟̍с̼̑я̙̅,̾̂ ̖̩У̶̇д̶̲а̨̠ч̨̄а̲̋.̧̠ ̭̤П̧̼о̴̥т̗̼о̬̃м̵̙у̳̌ ̋̏ч̵̙т̃̚о̩̅ ̽̍о̢̧р̗̹г̢̋а̡̏н̏̊и̶̭з̼̾м̮̕,̰̱ ̓̄с̽̋о̯̪с̡̄т̻̹о̣̖я̬́щ̯̎и̤̋й̙̞ ̹̳и̴̭з̗̃ ̰̼г̻̚е̦̞ш̱̘т̏̂а̗̊л̘̠ь̟̖т̪̀а̹̭ ̩̝м̴̜и̱̣л̝̄л̧̳и̣̼а̽̒р̷̡д̷̢о̤̅в̹̾ ̓̓к̱̄л̟̭е̌̕т̲̅о̔̕к̠̳ ̨̰о̮̫т̡̜т̤̹о̢̠р̘̮г̪̚а̯̚е̷̟т̝̈ ̫̓в̷̿р̠̳е̭̎д̨̄и̙̲т̩̽е̻̍л̐̈я̹̎.̘̎ ̤̦П̛̫о̥̅д̮̰о̣̅б̐̆н̾̚ы̼̕ѐ̷ ̷̪п̴̵р̬̯о̸̝с̙̓т̾̃р̵̂а̻̋н̷̦с̴̙т̶̼в̓́а̳̝ ̐̓-̨̾-̯̿ ̟̌р̟̔а̽́к̲̅ ̰̎н̴̼а̴̳ ̭̽т̬̿е̒̇л̫̝е̿̾ ̔̄в̨̾с̬̯е̞̑л̹̜е̠̕н̖̬н̶̍о̍̕й̮̜,̸̨ ̛̣н̮̏а̗̩ ̜̿к̡̪о̯̪т̢̚о̓̕р̷̅о̪̎й̴̾ ̂̕о̦̽н̴̎и̶̮ ̴̝н̘̗а̪̿х̩̄о̷̽д̻̍я̳̾т̑̃с̛̲я̙̠.̦̾ ̳̩Ч̛̭е̨̗м̥̊ ̺̚т̳̺ы̓̏ ̦̏п̿̇о̑̈ж̫̹е̸̖р̵̗т̓̇в̓̊у̲̦ё̿ш̨̘ь̗̘ ̮́-̲̞-̜̰ ̴̘т̈̌ы̬̑с̡̍я̍̅ч̥̋е̢̭й̐̋ ̧̅о̨̓ш̅̈и̟̿б̆̊о̪̽к̹̟ ̭̭и̾̕л̴̋и̹̍ ̶̌б̛̛е̩̮с̣́к̵̮о̖̭н̘̈ӗ̷ч̫̒н̷̬о̾̒с̲̏т̪̬ь̡̫ю̋̀ ̪̊п̇̒р̥̕а̺̱в̨̭е̦̍д̝̖н̥̦о̢̣с̟̒т̳̃и̶̍?̧̭
Удача вздрогнул. Ему нечего было противопоставить этому аргументу, строящемся на численном превосходстве — такова была его природа.
- Кроме меня тут были другие, что пришли по своей воле. Что ты сделал с ними?
- П̗̄а̯̪р̙̪а̶̒з̎̅и̠̩т̢̎ы̮̾ ̹̓п̍̈а̘̚р̫̠а̭̔з̴̏и̞̕т̝̾а̷̔.̷̻ ̮̝Я̥̳ ̨̧з̺̍а̘̽в̦̈е̳̎р̈̇ш̔̽и̤̎л̸̑ ̛̈и̶̍х̸̢.̈̇
Карма изобразил руками фигуру, похожую на полноценный круг.
- К̣̇о̠̏л̵̫и̼̩з̗̮и̞̏ӧ̜н̆̒н̹̦ы̢̺е̝̍ ̸̢о̺̓п̛̍у̢̒х̯̎о̥̙л̵̥и̢̺ ̤̖в̽̽р̨̫е̟̾д̜̓я̦̆т̙̒ ̙̑д̝̍р̛̆у̧̬г̹̕ ̮̽д̧̇р̶̍у̔̍г̷̲у̠̎ ̺̾е̪̅щ̝̽ё̴̾ ̘̿б̛̄о̬̅л̮̩ь̜̍ш̝̦е̪̙.̔̾ ̫̬С̒̓т̭̰р̵̪а̧̑д̜̤а̠̟н̪̽и̖̿я̠̲ ̴̟н̴̞е̹̣ ̨̒д̙̈о̤̜л̷̂ж̥̦н̥̍ы̷̺ ̶̟п̙̊л̣̊о̡̣д̼̚и̒̅т̵̽ь̷̑с̥̦я̠̪.̱̚
- Почему ты не судил это место, раз оно живое?
- О̼̽н̠̈о̪̍ ̋̑н̘̇ӗ̨ ̥̮о̄̍б̵̅л̺̑а̧̅д̛̘а̨̯л̸̩о̠̅ ̲̏н̦̌и̜̍ ̏̌д̯̑у̢̏ш̯̥о̺̫й̙̑,̷̊ ̜̈н̨̮и̻̖ ̟̐с̱̝о̵̣з̴̇н̭̱а̭̀н̼̼и̛̠е̙̖м̜̑.̳̍
- Почему ты не судил бойцов, которые вошли сюда с Птолемеем?
- П̤̭о̧̩ ̷̔т̰̩о̴̚й̋̏ ̍̌ж̷̬е̽̒ ̙̋п̟̂р̒̚и̟̤ч̮̑и̤̚н̡̰е̹̩.̼̍
- Что будет со мной?
- Т̫̹ы̪̍ ̘̍з̺̓н̳̽а̝̑е̮̤ш̳̤ь̯̈,̲̄ ̵̚п̗̒а̲̮д̲̠ш̻̍ӑ̚я̍̚ ̾̓Т̡̻е̮̭н̟̼ь̙̊.̾̇ ̙̬Т̵̼ы̪̦ ̸̍з̬̝н̺̻а̷̔е̴̦ш̮̊ь̛̫.̼̅
- Я готов.
- Ў̪д̭̗а̯̦ч̋̏а̬̽.̧̣ ̵̠К̸̠а̮́к̫̄ ̨̡п̠̫л̭̩о̮̽т̵̀ь̸̓ ̪̠м̷̦о̙̔е̪̓й̅̑ ̷̧п̟̀л̢̎о̺̯т̹̚и̲̭,̧̙ ̷̾к̶̍а̵̽к̏̚ ̯̞к̙̒р̴̎о̧̗в̫̄ь̬̗ ̱̔м̗̒о̷̬е̵̋й̡̌ ̹̔к̜̦р̱̄о̥̗в̯̻й̬,̍̈ ̨̯к̭̣а̨̋к̵̠ ̠̬з̤̮а̟̂п̇̑я̭̱т̨̱н̟̙а̽̈н̙̕н̟̅а̷̗я̧̈ ̬̄и̊̽с̧̓т̊̑и̣̳н̗̕н̋̄о̴̠с̔̿т̴̮ь̤̩,̣̄ ̮̍т̤̞ы̠̾ ̤̎п̰̝р̡̑е̥̃д̐̅с̫̽т̨̩а̬̏ё̭̎ш̴̕ь̝̆ ̝̄п̽̃е̱̱р̫̲е̬̤д̤̿ ̦̍с̋̆у̨̅д̧̐о̲̔м̰̭ ̯̝н̪̘ѐ̹ ̘̼к̦̞а̨̖к̾̑ ̠̏в̹̽о̝̊п̟̍р̠̏о̺̮с̩̩ ̈̔-̣̒-̶̙ ̡̗к̰̲а̵̰к̩̌ ̳̽у̹̑т̳̽в̙̘е̩̹р̶̽ж̄̾д̧̫е̮̿н̵̦и̥̊е̝̺.̙̩ ̥̹З̋̚а̺̎ ̖̘о̳̾т̟̩р̍̾и̙̞ц̎̃а̱̂н̝̓и̫̏е̍̃ ̏̎с̤̞в̡̋о̮̆и̠̦х̭̍ ̩̾о̢̱б̨̻я̶̔з̛̓а̛̗н̧̂н̜̄о̔̚с̆̽т̮́ӗ̕й̭̆,̶̄ ̈̅п̘̾о̭̯р̔̕а̵̞б̐̾о̗̞щ̧̻е̩̣н̛̬и̘̬ё̍ ̝̽в̛̑н̞̓е̏̊ш̣̎н̜̂е̭̪г̦̂о̲̆ ̠̊м̣̼и̧̙р̻̾а̸̕ ̬̈и̭̦ ̨̍п̵̠р̷̤е̿̋п̟̅я̖̜т̇̀с̟̀т̩̲в̻̿о̩̫в̴̽а̫̏н̩̺и̪̊е̊̅ ̤̾и̷̮с̸̅п̢̓о̭̦л̴̄н̆̔е̅̔н̖̼и̸̔е̝̘ ̷̋в̛̝ы̖̊с̬̀ш̦̍е̼̽й̠̦ ̭̱в̬̲о̾̈л̴̛и̦̒ ̰̿т̭̝ы̜̍ ̶̬п̩̈р̴̯и̡̦г̵̼о̣̰в̢̤а̷̠р̳̄и̍̆в̸̍а̛̻е̾̃ш̰̇ь̹̍с̪̮я̻̎ ̛̜к̝̬ ̡̃о̽̚ч̗̇ӣ̳щ̥̙е̳̑н̸̺и̳̏ю̷̲ ̝̠ч̸̣е̺̦р̡̈е̡̂з̶̣ ̬̇л̠̜о̗̏н̰̦о̆̄ ̲̣М̠̅а̽̔т̭̰е̻̔р̞̎и̩̙.̋̆
- То есть, я исчезну. Я знал это с самого начала.
- Н̍̂е̙̹ ̗̘н̸̨а̜̎в̢̥с̧̏е̴̚г̯̽д̣̽а̱̙.̛̋ ̶̰К̎́у̡̛з̵̶н̋̌я̴̺ ̬̾п̑́е̖̭р̯̰е̪̚к̛̃у̣̿ё̠̞т̍̑ ̼̜т̻̳ы̰̹с̠̠я̝̏ч̪̠и̏̈ ̴̑д̴̿у̟̇ш̔̌,̏̀ ̨̠и̸̶з̔̎ ̺̔к̠̻о̫̌т̰̯о̷̀р̮̐ы̵̍х̴̡ ̑̇т̺̥ы̴̛ ̺̕с̽̚о̳̅с̳̐т̻̋о̑̎и̙́ш̛̄ь̋̏.̛̿ ̭̭Т̵̻ы̶̑ ̶̓в̼̲е̢̗р̔̏н̷̳ё̔̒ш̸̂ь̛̍с̳̈я̯̞ ̘̰к̾̀ ̛̅н̻̅а̋̂м̴̽ ̍̓ч̜̒и̝̒с̭̏т̙̑е̡̻й̺̓ш̯̔е̝̕й̨̅ ̎̚Т̥̈е̦̋н̛̆ь̴̮ю̺̿.̛̮ ̸̡А̴̊ ̛̮т̟̝е̝̓п̏̋е̢̕р̭̇ь̛̳ ̲̫п̠̘о̯̬ш̷̍л̙̻и̵̎.̶̌ ̭̅Н̇̿а̠̾м̠̤ ̥̥п̩̺о̧̟р̴̫а̻̀.̍̊
- Да, Карма.
Взглянув на бесконечную пустоту, что раньше была его домом, Удача шагнул вслед за удаляющимся в межпространство Кармой. Для его сознания — это был конец истории, но для тысячи других его же сознаний — лишь начало.
Баланс. Гормония. Счастье.
Хитрая ухмылка. Четырёхликое естество. Новое назначение.
Запятнанный.

версия страницы: 73, Последняя правка: 14 Апрель 2026, 23:00 (100 дней назад)

База данных Backrooms

Вы бывали здесь раньше.